Телефон: +7 (913) 255-42-63
Эл. почта: info@trezv-rubtsovsk.ru
12.11.2014

ГЛЯДЯ ПРАВДЕ В ГЛАЗА

Хватит пить – пора ум копить.

Русская народная пословица

 

Во всех странах мира нарастает алкоголизация населения, а вместе с тем стремительно растут и её последствия.

Если в 1960-х годах среди причин и факторов смертности, по данным Всемирной организации здравоохранения, алкоголь занимал третье место, в 1970-е годы - второе, то ныне он выходит на первое место среди причин смертности и ухудшения здоровья людей, опережая сердечно-сосудистые и онкологические заболевания. Каждая третья смерть, прежде всего в высокоразвитых странах, прямо или косвенно вызвана алкоголем.

Не обошла стороной алкогольная беда и нас. Как известно, производство и потребление алкоголя в стране в 1980 году, по сравнению с 1950 годом, согласно данным ЦСУ, выросло в 10,4 раза. Среднее потребление всех видов спиртных изделий, переведённых в абсолютный алкоголь, составило в 1980 году - 11,3 литра чистого спирта на душу населения. (Социологические исследования, 1983, № 1, с. 97.) Это без учёта «домашних» вин, самогона, технического спирта и других спиртосодержащих жидкостей, потребление которых, по мнению таких социологов, как И. А. Красноносов, составляет около 100 процентов к алкоголю, произведённому государством.

Ориентировочные подсчёты социолога И. А. Красноносова и других, показывают, что в 1983 году мы имели 17-18 литров чистого алкоголя на душу населения. Если учесть, что в ряде восточных республик алкогольные изделия распространены меньше, то окажется, что в славянских и прибалтийских республиках уровень душевого потребления алкоголя был выше 20 литров. Между тем, согласно социологическим данным, 25 литров душевого потребления – это та катастрофическая черта, за которой неминуемо следует полное вырождение нации, так как дефективных и умственно отсталых детей при таком положении рождается больше, чем здоровых. Судя по тому, что в период с 1965-го по 1980 год производство и потребление алкоголя росло в 37 раз быстрее, чем население страны, мы к этой черте приближались с ужасающей быстротой. («СССР в цифрах» за 1980-1981 гг.).

Историческое решение ЦК партии от 17 мая 1985 года замедлило этот стремительный бег к пропасти. Замедлило, но не остановило.

При снижении потребления алкоголя за 1985 год на 25 процентов душевое потребление, с учётом кустарного хмеля, всё ещё остаётся высоким (13-14 литров), в 2-3 раза выше среднемирового уровня.

Среди мужчин в нашей стране, по данным выборочного социологического обследования, проведённого в 1983 году, выявлено 36,7 процента злоупотребляющих алкоголем, то есть пьяниц и алкоголиков.

В потреблении алкоголя участвуют не одни только «зрелые мужи». По данным советских учёных, пьющих среди мужчин – 99,4 процента, среди женщин – 97,9 процента, среди юношей и девушек – 95 процентов. Это много больше, чем в 1925 году, когда пьющих среди мужчин было 57 процентов, среди женщин – 10 процентов, среди юношей – 5 процентов.

Особенно тревожным фактом является раннее приобщение и быстрое привыкание к вину детей и подростков. В результате 32 процента пьяниц и алкоголиков приобщились к вину в возрасте до 10 лет и 64 процента от 11 до 15 лет. (См.: Лисицын Ю. П. и Копыт Н. Я. Алкоголизм. М., 1983, с. 106, 165.).

Высокий уровень душевого потребления алкоголя приводит к резкому ухудшению демографических показателей, в том числе рождаемости, прироста населения, смертности и продолжительности жизни.

С 1960-го по 1980 год естественный прирост населения сократился более чем вдвое. В 1960 году смертность у нас была одной из самых низких в мире, составляя 7,1 на тысячу. Через 20 лет она поднялась на 52 процента, достигнув в 1984 году величины - 10,4 и поставив нашу страну в разряд неблагополучных («СССР в цифрах» за 1980-1984 гг. Народное хозяйство СССР в 1984 г., с. 101). По данным академика Н. М. Амосова, продолжительность жизни наших женщин стоит на 38-м, а мужчин на 51-м месте в мире. Смертность мужчин в трудоспособном возрасте – от 15 до 60 лет – у нас 326 на тысячу (во всех развитых странах эта цифра меньше 200).

Потребление алкоголя не могло не сказаться и на детской смертности.

Смертность среди детей до года у нас 27 на тысячу, в то время как в США – 12,5; в Японии – 7,4; в Швеции 6,7.

Простой расчёт показывает, что если бы не повысился уровень смертности, а остался таким, как в 1960 году, мы бы к сегодняшнему дню сохранили 17-18 миллионов человек. Закрепив (а у нас были для этого все условия) уровень рождаемости и прироста населения 1960 года, мы бы имели ещё на 30-35 миллионов человек больше.

Рост потребления алкоголя сказывается самым неблагоприятным образом на интеллектуальном уровне нашего народа, создавая реальную угрозу деградации.

Снижение умственного потенциала народа идёт по двум направлениям:

а) оглупление пьющих,

б) рождение умственно неполноценных детей.

Алкоголь, подобно хлороформу, эфиру и т. д., отнесён к наркотикам не только всеми выдающимися учёными мира, но и Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ).

На двадцать восьмой сессии Генеральной ассамблеи ВОЗ в 1975 году было вынесено специальное решение: считать алкоголь наркотиком, подрывающим здоровье.

Алкоголь не может быть отнесён к продуктам питания, ибо не количество калорий, а полная безвредность – основное условие пищевого продукта.

Как протоплазматический яд, алкоголь сильнее всего и в первую очередь действует на мозг и центральную нервную систему.

Особенно разрушительное действие оказывает алкоголь на мозг в детском возрасте. В эксперименте над собаками в течение полутора-двух месяцев щенкам давали небольшие дозы алкоголя. Оказалось, что мозг и особенно его лобная часть весят у подопытных много меньше, чем у нормальных щенят.

У детей, принимавших алкоголь, разрушение организма наступало уже через несколько месяцев. Смертельная доза у ребёнка в 5 раз меньше, чем у взрослого, из расчёта на 1 килограмм веса. Случалось, что даже две-три столовых ложки водки у детей до 10 лет вызывали смертельное отравление.

Что касается взрослых, то в первую очередь от алкоголя страдают высшие центры мозга и наиболее совершенные его функции: нравственность, благородство, патриотизм, воля, творчество, а вместе с этим очень рано и очень резко меняется в плохую сторону характер человека.

Как известно, характер народа очень устойчив и сохраняется столетиями, несмотря ни на какие переживания и лихолетья. Достаточно вспомнить татаро-монгольское иго, которое продолжалось два с половиной века, но характер русского народа не изменило. В то время как алкоголь, разрушающий высшие функции мозга, и в первую очередь нравственность, может изменить характер целого народа в течение двух-трёх биопоколений...

Второй путь интеллектуальной деградации народа – рождение умственно неполноценных детей от пьющих родителей.

Учёные института автоматики и электрометрии Новосибирска Г. Д. Гражданников и В. А. Детиненко путём анализа данных, опубликованных в печати, с помощью точных математических вычислений установили, что 99 процентов дефективных и умственно отсталых детей есть прямое следствие употребления алкоголя. Каждый потребляемый литр абсолютного спирта, приходящийся на душу населения, приводит к появлению на свет по отношению ко всем рождающимся 0,236 процента, или 10-12 тысяч дефективных детей. Если учесть только официально признанный уровень потребления – 10-12 литров спирта на душу населения – то получится, что из-за алкоголя ежегодно рождается 110-120 тысяч дефективных детей. В 1983 году 16,5 процента родившихся в нашей стране детей имели явные признаки аномалий, из них 3,5 процента – крайней степени. Если подобный уровень потребления алкоголя просуществует ещё несколько лет, процесс деградации нашего народа может принять необратимые формы.

Учитывая действие алкоголя на жизнь и здоровье человека (а он сокращает жизнь пьющего на 17-20 лет и увеличивает количество дней болезни в 3-4 раза), его разрушающее влияние на мозг, на потомство, на человеческое достоинство и нравственность, естественно задать себе вопрос: имеет ли право общество производить и продавать его людям?

Посмотрите, как описывает профессор И. А. Сикорский последствия роста потребления алкоголя после введения царской монополии в 1895 году: «Спивающийся наш народ местами впадает в алкогольное вырождение. Образуется как бы новая порода полусумасшедших людей преступного склада, у которых характер лишён уравновешенности и культурной сдержанности, а ум угнетён отравой. Россия наводнена полусумасшедшей армией тунеядцев и хулиганов, и трезвеннические элементы народа, редеющие в общем пожаре пьянства, едва отбиваются от пропившейся братии. Учёные открывают в области спиртного наркоза ужасные последствия. Не говоря о физиологическом погроме, который спирт вносит в нервную систему, в мозг, в желудок, печень, сердце и пр. Этот казённый яд отравляет дальнейшие поколения. Дочери пьяниц теряют способность быть матерями, т. к. уже не могут кормить грудью. Стало быть, пьянство грызёт не только самого человека и его достаток, оно грызёт его тело и душу, оно замучивает тысячелетнее племя, подсекая корни роста, его здоровье и плодовитость!»

Ф. М. Достоевский писал, что питейный бюджет строится на будущности народа. В подобном же духе писали Бехтерев, Введенский и другие лучшие умы России и всего мира.

Всё, на что обращали внимание эти учёные и писатели, относилось к тому периоду, когда среднедушевое потребление алкоголя в стране не превышало трёх-четырёх литров в год.

Что же делается с нашим народом теперь, когда, по расчётам социологов и экономистов, душевое потребление алкоголя у нас (с учётом кустарного хмеля) в 3-4 раза выше, чем во времена Л. Н. Толстого?!

Поэтому понятен тревожный недоумённый вопрос, который всё чаще задают в своих письмах читатели. Почему же мы в своей стране, где поголовно все грамотны, а большинство имеет среднее и высшее образование, почему до сих пор так терпимо относимся к потреблению этого уничтожающего нас «напитка», производим и продаём его в чудовищных размерах?!

Деградация народа – слишком дорогая цена за потребление спиртных изделий, слишком большая уступка врагам, мечтающим о нашем уничтожении с помощью этого наркотического яда! А самое главное: как можем мы производить и продавать наркотический яд, уничтожающий тело, душу и ум человека! Разве могут быть достойные оправдания для этого?

Высокий уровень потребления алкоголя ведёт одновременно и к разорению страны, к ослаблению её обороноспособности. Проведённые исследования показали, что винная торговля несёт государству убытков в 3-4 раза больше, чем прибыли, и чем дольше существует высокий уровень продаж и потребления алкоголя, тем тяжелее и глубже идёт разорение страны. В США в 1983 году было продано алкоголя на 46 миллиардов долларов, а государство потерпело убытков на 120 миллиардов. В нашем социалистическом государстве эти соотношения ничуть не лучше.

Лавинообразное увеличение количества преступлений, где алкоголь является причиной или целью преступления, наносит стране огромный не только моральный, но и материальный ущерб. По мнению учёных, страна, которая станет трезвой, сможет закрыть девять десятых тюрем.

При высоком уровне потребления алкоголя вряд ли можно думать и о быстром развитии науки и техники, о росте производительности труда. Затрудняя заполнение рабочих мест, сокращая профессиональную и трудовую жизнь пьющего, снижая трудовую отдачу, алкоголь привносит огромные, часто непреодолимые трудности в промышленность и сельское хозяйство. Низкая производительность труда, прогулы, брак на производстве, поломка машин и механизмов, низкое качество работы вот что несёт с собой потребление алкоголя.

XXVII съезд партии наметил принципиально новый стратегический путь на ускорение социально-экономического развития страны. Главное, что должно обеспечить ускорение, – это живое творчество масс. Люди – вот кто решает успех дела! И при этом не столько их физическая сила, сколько интеллект! В новых условиях нагрузка на психику, мозг человека значительно возрастает. Между тем после приёма спиртного в любых дозах работа мозга приходит в норму только через 18-20 дней, а после многократного и длительного приёма высшие ассоциации так и не возникают. Человек живёт низшими ассоциациями и двигательными актами.

Сегодня благодаря принятым мерам мы практически избавились от пьянства на работе. Однако бытовое потребление алкоголя приносит вред не меньше, чем на производстве или на улице, так как оно ничем не ограничено, разлагает детей, разрушает семью, превращая её жизнь в кошмар…

И, кроме того, если человек выпил накануне дома, какой он работник? О какой интенсификации производства, о каком повышении производительности и качества труда может идти речь, если мозг его вчера был отравлен, и ещё две недели будет оставаться в угнетённом состоянии?!

Сама постановка вопроса об интенсификации производства, о повышении производительности труда и качества продукции подразумевает строгое соблюдение трезвого образа жизни всеми трудящимися.

Но такой «товар», как алкогольные наркотики, рождает физиологическую и психологическую зависимость от него, а отсюда стойкий «покупательский спрос». Поэтому, не прекратив производство алкоголя, нельзя рассчитывать и на искоренение пьянства.

Производство, – писал К. Маркс, – «производит... предмет потребления, способ потребления и влечение к потреблению». (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. I, с. 29.)

Пока вино свободно продаётся, все виды антиалкогольной пропаганды вследствие наркотического действия алкоголя на человека будут мало или совсем не эффективны.

К сожалению, наше общество в течение многих лет находилось под усыпляющим и растлевающим влиянием пропаганды так называемого «культурного пития» и «умеренных» доз алкоголя, конец которой положило постановление ЦК КПСС от 7 мая 1985 года, назвавшее многие вещи своими именами.

Программа «борьбы с алкоголизмом» путём пропаганды потребления «умеренных» доз и «культурного винопития» имела, повторяю, всеобщее распространение, и любые попытки отдельных учёных заговорить о трезвости как антиподе пьянства встречались в штыки. При этом не принимались во внимание ни исторический опыт, показывающий, что такая пропаганда никогда не давала положительных результатов, ни одиннадцатилетний опыт полного отрезвления народа России после принятия «сухого» закона в 1914 году. Мало того, любые правдивые сообщения о благотворном действии «сухого» закона или не печатались, или же сразу подвергались беспощадной, уничтожающей критике.

Казалось бы, добросовестные учёные должны были задуматься, почему все усилия заставить людей пить «умеренно» дают обратные результаты. Казалось бы, ревнители «умеренных» доз должны были изучить опыт прошлого и высказывания великих учёных и писателей, которые ещё сто лет тому назад утверждали, что «умеренных» доз не существует, что культура и винопитие несовместимы, что лишь борьба за полное искоренение алкоголя может остановить рост пьянства и вернуть народу трезвый образ жизни.

Об «умеренных» и «малых» дозах писал ещё Н. Е. Введенский: «Устанавливать какие-либо нормы потребления, говорить о том, какие дозы могут считаться «безвредными», а какие уже вредными организму, – всё это вопросы в высшей степени условные и иллюзорные. Между тем подобными вопросами стремятся отвлечь внимание от разрешения практических вопросов по борьбе с пьянством как общественным злом, сказывающимся крайне губительно на благосостоянии народа экономическом и нравственном, на его работоспособности и благополучии».

В 1910 году на Первом Всероссийском съезде по борьбе с пьянством этот вопрос подвергся всестороннему обсуждению, в итоге которого был сделан вывод, что борьба с пьянством возможна только на пути к полной трезвости общества, что пропаганда «умеренных» доз ненаучна и кроме вреда ничего принести народу не может.

Несмотря на это, в последние десятилетия многие социологи и медики делали вид, что проблема никогда и нигде не обсуждалась, всеми силами старались дискредитировать саму мысль о необходимости и возможности полного отрезвления народа.

Противников трезвости можно было бы назвать «слепыми поводырями», так как ведут они людей по заведомо ложной дороге, если бы не возникало сомнения в том, что делается это по недомыслию. Эти люди пользовались авторитетом в тех органах печати, где сидят их единомышленники, им дозволялось писать что угодно, лишь бы это было направлено против трезвости. И они многого добились, насаждая пьянство в стране. Борьба же за трезвость пока даёт скромные результаты. Наш народ отлично знает, что В. И. Ленин был бескомпромиссным противником производства и продажи алкоголя. Даже в самое тяжёлое для страны время, когда разруха грозила самому существованию молодой Советской республики, В. И. Ленин говорил: «...В отличие от капиталистических стран, которые пускают в ход такие вещи, как водку и прочий дурман, мы этого не допустим, потому что, как бы они ни были выгодны для торговли, но они поведут нас назад к капитализму, а не вперед к коммунизму...» (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 326.).

19 декабря 1919 года им был подписан Декрет, запрещающий производство и потребление алкоголя во всех видах. За появление в нетрезвом состоянии в общественном месте виновный подвергался тюремному заключению на год, а за производство и потребление самогона – 5 лет тюрьмы с конфискацией всего имущества. Ленин, столь категорически возражавший против производства и продажи алкоголя, руководствовался не только этическими соображениями. Как гениальный учёный, он хорошо знал экономические законы государства, по которым «питейные сборы» во все времена справедливо считались разорением и гибелью для страны.

Экономистами уже давно доказано, что алкоголь как источник дохода представляет с государственной точки зрения фактор в высшей степени вредный и угрожающий благополучию государства. Вопрос об устранении этого фактора из народного быта имеет значение первостепенной важности. Интересы государственного бюджета несовместимы с народным пьянством потому, что «питейный сбор», в силу своей внутренней противоречивости, неотступно сокращает поступления по всем прочим доходным статьям бюджета. Чем выше итоги «питейного сбора», тем ниже итоги по остальным многочисленным статьям. Потребление алкоголя народом – это непримиримый враг государственной казны. Потери, которые она несёт, несоизмеримо велики и в своей совокупности во много раз превышают итог от продажи алкоголя... И пока существует свободная продажа алкоголя, все экономические и финансовые трудности будут не только продолжаться, но и нарастать, лишая государственную казну многочисленных естественных доходов. (Труды 1-го Всероссийского съезда по борьбе с пьянством. Спб., 1910, с. 410-411).

Именно с финансово-экономической точки зрения каждый руководитель, думающий о благополучии и процветании страны и народа, должен быть кровно заинтересован в скорейшем прекращении потребления алкоголя. Нет никаких оснований сомневаться в том, что во многом благодаря ленинскому закону о запрещении производства и продажи алкоголя, введённому в самое трудное для республики время, мы не только защитили революционные завоевания, но и быстрыми темпами восстановили своё разрушенное империалистической и гражданской войнами хозяйство.

К сожалению, и до сих пор можно услышать от некоторых местных руководителей, что уменьшение продажи алкоголя создаёт затруднения в обеспечении трудящихся зарплатой. Это говорит о том, что вино уже совершило глубокие разрушения в обществе, заметно сократив поступления от всех других источников местного бюджета.

Министр финансов Мордовской АССР Н. Лаврентьев по этому поводу разъясняет: «Никоим образом выплата зарплаты не зависит от продажи водки и других алкогольных изделий... Надо энергично перестраиваться, думать, искать. Все вопросы разрешимы» (Советская Россия, 1986, 25 мая).

В этих высказываниях столкнулись принципиально разные позиции. Враги трезвости пытаются экономическими трудностями обосновать свою правоту. Между тем как сами трудности, по сути, созданы ими, их нерасторопностью, неспособностью организовать дело или, не исключено, сознательным стремлением поддерживать разрушительный метод повышения доходов казны.

С этой точки зрения каждый, кто рассчитывает путём увеличения «питейного сбора» поправлять финансовое положение своего региона, напоминает человека, рубящего сук, на котором сидит. Это – временщик, который любой ценой хочет создать видимость благополучия в своём регионе, пока он у власти. Такие горе-руководители исповедуют принцип: после меня хоть потоп. Это люди или незнакомые с экономическими законами общества, или чуждые нам и нашему строю, опасные люди.

Опыт принудительной трезвости 1914-1925 годов, получивший в народе название «сухой закон», показал, что материальное положение страны и народа улучшилось. Создались благоприятные условия для крупных финансовых реформ. Снизилось душевое потребление алкоголя до 0,2 литра и вместе с ним отрицательные последствия пьянства (психические заболевания, преступления и т. д.).

Вопреки голословным утверждениям некоторых недобросовестных социологов и медиков научные данные Мендельсона, Введенского и других учёных и врачей показывают, что принудительная трезвость, введённая в 1914 году, привела страну к отрезвлению со всеми его благоприятными последствиями: производительность труда уже в 1915 году повысилась в среднем на 9,3 процента, прогулы снизились на 27-43 процента.

В полном противоречии с россказнями тех же социологов и медиков находится и тот факт, что депутаты Государственной думы от крестьян, которые вместе с большевиками боролись за принудительную трезвость на период войны, внесли предложение оставить этот закон в силе на вечные времена.

Депутаты писали: после введения «сухого закона» «сказка о трезвости, этом преддверии земного рая, стала на Руси правдой: затихло хулиганство, опустели тюрьмы, освободились больницы, настал мир в семьях, появился достаток... Облегчённый от тяжёлой ноши – пьянства, – сразу поднялся и вырос русский народ. Да будет стыдно всем тем, которые говорили, что трезвость в народе немыслима, что она не достигается запрещением. Не полумеры нужны для этого, а одна решительная, бесповоротная мера: изъять алкоголь из свободного обращения в человеческом обществе на вечные времена».

Так писали представители народа, оценивая этот закон с самой положительной стороны (Мендельсон А. Итоги принудительной трезвости. СПб., 1916).

О том, как высоко оценивались результаты принудительной трезвости в России, можно судить и по высказываниям иностранных государственных деятелей.

Ллойд Джордж в своей знаменитой бюджетной речи в английской палате общин сказал про наш «сухой закон»: «Это самый величественный акт национального героизма, какой я только знаю!»

Думаю, мы и сегодня вправе гордиться, что этот акт совершён русским народом! Мы не должны замалчивать его, а, наоборот, на основании опыта провести в жизнь снова, в других, более надёжных и современных условиях! Непредвзятое изучение русской истории показывает, что введение принудительной трезвости оказало великое благотворное действие в период с 1914-го по 1925 год. Например, процент алкогольных психозов с 19,7 процента в 1913 году упал до 1 процента в 1915-1920 гг. (в 1923 г. до 2,4 процента). Резко сократились смертельные случаи от алкоголизма: на 100 тысяч умерших в 1911-1913 годах умирало от алкоголя в среднем 35,1 человека; в 1921 г. – 3,1; в 1922 г. – 2,6; в 1923 г. – 1,7; в 1924 г. – 2,7 и после отмены закона в 1926 г. – 10,9.

Эти строго научные данные, опубликованные в научных трудах и вошедшие в энциклопедию, безошибочно указывают на то, что принудительная трезвость в десятки раз уменьшает все тяжёлые последствия потребления алкоголя. И не видеть этого, не признавать благотворного влияния принудительной трезвости на жизнь и здоровье человека – значит не желать видеть правду.

Открытие свободной продажи водки, и прочих спиртных изделий в 1925 году вызвало серьёзное негодование населения. Старые большевики писали, что полная ликвидация ленинской запретительной системы многими воспринята как большая личная потеря, что на некоторых фабриках и заводах женщины голосили, как по покойникам. Нарком здравоохранения Н. А. Семашко отмечал: «В связи с выпуском 40° водки чуть не каждый общественно-политический работник завален сейчас письмами». «Почему отменили запрет?», «Надо опять запретить» и т. д. Некоторые крестьяне с возмущением писали: «Вы культурную революцию проповедуете, собираетесь строить социалистическую культуру, а сами народ спаиваете...»

Но у закона трезвости, принятого Лениным 19 декабря 1919 года, было и длительное благотворное последствие. Вызвав в народе трезвеннические традиции, он ещё в течение почти 30 лет держал душевое потребление в нашей стране на уровне в 2-3 раза ниже, чем в 1914 году. Только с конца пятидесятых годов, когда во всех средствах массовой информации, как по команде, стали пропагандировать безвредность «культурных», «умеренных» доз и пользу от сухих вин, потребление алкоголя катастрофически пошло вверх, быстро достигнув угрожающего уровня.

Многочисленные беседы с людьми различных социальных групп и образовательного ценза дают основания считать, что наш народ в своём абсолютном большинстве сознаёт всю опасность, нависшую над нами, и готов к трезвому образу жизни. При этом не только готов, но и с нетерпением ждёт такого решения.

В настоящее время алкогольная проблема становится своеобразной лакмусовой бумажкой, с её помощью можно безошибочно определить, кто управляет тем или иным районом страны. Если в руководстве настоящие патриоты – они стремятся снизить продажу и потребление алкоголя в своём районе и быстро ввести «трезвость» у себя. Если же при малейших затруднениях руководители вновь открывают винные магазины, то можно безошибочно сказать, что в аппарате управления сидят враги трезвости. А почему они продолжают спаивать людей надо выяснять в каждом конкретном случае.

То же самое можно сказать о печати и других средствах массовой информации. Если они продолжают ругать пьяниц и алкоголиков (как это делали приверженцы «культурных» и «умеренных» доз), ратовать за открытие новых наркологических пунктов, но ни одним словом не осуждают само потребление алкоголя, то, значит, там сидят те же враги трезвости, которые лишь слегка закамуфлировали свою пропаганду. (ВОЗ уже давно вынесла решение, что в распространении пьянства виноваты не люди, не алкоголики, а алкоголь, поэтому открытие наркологических пунктов провоцирует пьянство, но не снижает его).

Несмотря на затраченные государством огромные средства и отрыв многих людей от другой работы, трезвенническое движение не только не набирает силу, а, наоборот, в целом ряде мест заглохло.

Глубоко убеждён, что это не случайность, что здесь работали те же силы, которые в течение десятилетий направляли всю пропагандистскую работу, работу торговли, промышленности, средств массовой информации по пути подталкивания людей к пьянству и алкоголизму. Пресечь их скрытую, но, к сожалению, очень эффективную, разлагающую деятельность – самое первое и самое необходимое условие успеха всего дела.

Чтобы прекратить дальнейшую алкоголизацию населения, необходимо усилить законодательно-правовые меры и резко изменить антиалкогольную пропаганду, направить её в соответствии с постановлениями партии и правительства на борьбу за трезвость.

Убеждая, завоёвывая умы людей, истинные борцы за трезвость обращаются, прежде всего, к патриотическим чувствам и здравому смыслу народа. И тут невозможно обойти противоречие, снижающее эффект даже самой лучшей пропаганды. Дело в том, что люди не могут ни понять, ни оправдать нелогичность, которая допускается в этих вопросах. С одной стороны, признаётся, что алкоголь – наркотический яд, который в любых дозах действует разрушающе на жизнь и здоровье человека, за потребление его люди подвергаются различного рода наказаниям. И вместе с тем продолжается продажа этого яда в неограниченном количестве. Здесь должна быть точность и бескомпромиссность: если это пищевой продукт (как убеждал в своём учебнике наркологии Э. Бабаян), то надо снимать все ограничения на его потребление.

Если же признать, что это наркотик, подрывающий здоровье, как о том написано во всех научных трудах, в энциклопедии, в решениях 28-й ассамблеи Всемирной организации здравоохранения, то надобно прекратить производство и продажу алкогольных изделий и распространить на алкоголь закон по защите населения от наркомании.

Выдающийся русский психиатр академик Виктор Петрович Осипов писал в 1930 году: «Черпанье государством доходов от производства вина с установлением алкогольного бюджета не только недопустимо как доход, основанный на отравлении граждан, но и потому, что вселяет мысль о полезности потребления алкоголя, разрешаемого самим правительством.

Наркотизированный потребитель в своё оправдание очень охотно ссылается на высокий авторитет государства, которое, по его мнению, несомненно запретило бы спиртные изделия, если бы они приносили вред».

Сегодня скрытые и явные сторонники «культурного пития», изо всех сил цепляясь за прошлое, изыскивая хоть какие-нибудь аргументы против закона трезвости, запугивают нас тем, что прекращение производства и продажи алкоголя приведёт лишь к пропорциональному росту самогоноварения, в итоге которого потребление останется прежним, если не возрастёт.

Подобные фантастические домыслы есть с их стороны не что иное, как попытка выдать желаемое за действительное. Опыт 1914-1925 годов показал, что подпольное самогоноварение даже в то время не представляло серьёзной опасности для общества, так как с ним велась успешная борьба, не позволявшая самогонщикам заметно развернуть производство и тем паче продажу алкоголя в условиях трезвого окружения. Более того, необходимо отчётливо представлять себе, что пока есть в продаже в государственных магазинах те или иные алкогольные изделия, борьба с потреблением самогона и суррогатов практически невозможна, ибо каждый пьющий, что бы он ни пил, будет ссылаться на приобретение государственного алкоголя.

Глубоко убеждён, что два года, прошедшие после принятия исторического постановления «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма», внесли достаточно ясности в этот вопрос. Все, кто хотел понять губительность алкоголя и жизненную необходимость трезвости жизни, поняли. А те, кто не хочет этого понять, должны будут подчиниться решению большинства и прекратить потребление наркотического яда.

Убеждён, что настало время безотлагательно ввести принудительную, обязательную для всех трезвость как непреложный закон для каждого живущего в нашей стране. Противники принудительной трезвости уверяют, что она не принесёт желаемых результатов, как не дала их в капиталистических странах.

Но и этот их довод неоснователен. Там подобный закон не мог быть проведён в жизнь в силу эксплуататорских условий жизни, на которых зиждется государственный строй. Там капиталисты заинтересованы в спаивании народа. У нас же весь уклад жизни основан на заботе о населении, а дисциплина, авторитет партии и Советской власти, без сомнения, обеспечат проведение в жизнь закона о принудительной трезвости, установление трезвого образа жизни во всей социалистической стране.

Мы должны понять, что наш народ и наше будущее в опасности! Борьбу за трезвость сегодня обязан вести каждый, кто любит свою Родину. Начав с самого себя, надо безотлагательно бороться за полное отрезвление нашего социалистического общества.

Фёдор Григорьевич Углов,

«Наш современник», № 7, 1987 год